И. Роботов

СКАЗКА О ЁЖИКЕ СОЛОМОНЕ И РАССЕЯННОМ РАББИ

Давным-давно в одном большом и густом лесу жил рассеянный рабби. В этом
вовсе нет ничего удивительного: среди рабби полным-полно рассеянных людей и
это отнюдь не мешает им быть хорошими рабби. И вот однажды из-за своей
рассеянности рабби потерял в лесу яблоко. Обронил - и даже не заметил
пропажи. Ничего необычного - у рабби и без того хватает забот.

* * *

Стояло тёплое субботнее утро. Ёжик Соломон сидел на лесной опушке в тени
огромного клёна и вот уже минут пятнадцать пытался нацепить большое красное
яблоко себе на иголки. Однако, толи иголки на его спинке были слишком
мягкими, толи яблоко оказалось слишком жёстким, но у него ничего не
получалось. Ёжик начинал уже немного злиться, когда над его головой раздался
тоненький звонкий голосок.

- Шолом, ёжик Соломон!

Ёжик посмотрел вверх и увидел сидящего среди веток бельчонка Беню.

- Шолом! Хороший сегодня денёк! - сказал Соломон.

- Денёк-то хороший, - рассудительно заметил Беня. - Но вот только тебе
никогда в жизни не справиться с таким большим яблоком.

- Так ты, значит, всё это время следил за мной! - обиделся ёжик. - Хорош
друг! Мог бы и помочь!

- А это твоё яблоко? - спросил в ответ бельчонок. - Или, может быть, твой
папа купил его?

- Нет, зато я его нашёл. - ответил Соломон. - И теперь я хочу подарить его
маме.

- Фу, как неинтересно, - поморщился Беня. - Почему бы нам не отнести его
Еноту? Он бы дал нам за него как минимум двадцать орехов.

- А что нам делать с орехами? - спросил ёжик.

- С орехами можно много чего делать, - сказал Беня. - К примеру, можно
положить их в дупло.

Ёжик Соломон немного подумал и согласился. Бельчонку всегда приходили в
голову хорошие идеи.

Они уже выкатили яблоко на тропинку, ведущую к дому Енота, когда из леса
послышалось пение:

- Вот идёт маленький хитрый лисёнок Рошель... А куда идёт маленький хитрый
лисёнок Рошель?.. А маленький хитрый лисёнок Рошель вам не скажет... Потому
что он очень-очень-очень хитрый...

Надо признать, что это была очень плохая песня, поскольку Рошель придумывал
и слова, и мелодию прямо на ходу. Но, с другой стороны, он и не рассчитывал,
что эту песню кто-либо услышит. Пока не натолкнулся на ёжика и бельчонка.

- Шолом, Соломон! Шолом, Беня! - сказал лисёнок. - А куда это вы тащите
такое большое красивое яблоко?

- Да так, - неопределённо ответил бельчонок, смотря куда-то в сторону. -
Сегодня такой хороший денёк и мы подумали, что было бы очень интересно
покатать вот это яблоко туда-сюда.

- А-а-а, - с понимающим видом протянул Рошель. - А я-то уж подумал, что вы
хотите отнести его Еноту. Тогда бы я вам сказал, что вы идёте не туда.

- Как не туда? Разве это тропинка не ведёт к его норе? - спросил ёжик и,
заметив краем глаза сердитый взгляд бельчонка, добавил. - Не то, чтобы он
был нам нужен, конечно.

- Я только что видел его возле реки, - сказал Рошель. - Если хотите, я мог
бы вас к нему проводить. Но раз уж у вас какие-то дела, то можно и в
следующий раз.

- Нет, почему же, - пропищал бельчонок. - Я как раз подумал, что неплохо бы
повидать Енота. Он должен нам с Соломоном несколько орехов.

Маленький енот Эфраим сидел на берегу реки и внимательно глядел в воду.

- Шолом, Эфраим! - сказали ёжик, бельчонок и лисёнок почти что хором.

- Шолом! - поприветствовал их енот, не отрывая глаз от воды.

- Что это ты тут делаешь? - поинтересовался ёжик Соломон.

- Я сижу и караулю вот эту Рыбу, - сказал Эфраим, указывая пальцем на реку.
Там и впрямь плескалось что-то большое и блестящее.

- Хорошая рыба, - согласился бельчонок.

- Угу, - кивнул енот. - Мама сказала, что когда у меня будет Бар-Мицва, то
мы выловим эту Рыбу и она приготовит её под шубой.

- А когда у моей сестрёнки Риты была Бат-Мицва, - сказал лисёнок, поправляя
очки. - Мы ели не рыбу под шубой, а тейглах и картофельный цимес с
черносливом.

- Интересно, под чьей шубой твоя мама приготовит эту Рыбу? - спросил енота
ёжик Соломон. Эфраим только пожал плечами.

- Могу спорить, что это будет шубка зайчонка Зиновия, - заявил Беня.

- Интересно, а что случится с другими частями зайчонка? - заинтересовался
Рошель.

- Ничего, - уверенно сказал Беня. - Мне папа рассказывал, что у зайцев к
зиме появляется новая шубка.

- А когда у тебя Бар-Мицва? - спросил ёжик.

- Через два месяца, - ответил Эфраим, продолжая наблюдать за рыбой. - Сразу
после осенних праздников.

- Целых два месяца? - ужаснулся Соломон. - И ты что, собираешься всё это
время тут сидеть?

- Что поделаешь, - сказал енот. - Иначе эти противные лягушки её спугнут.
Соломон впервые заметил, что лягушки и впрямь кричали громче обычного.

- Это всё Бобёр виноват, - объяснил бельчонок Беня. - С тех пор, как он
построил ниже по течению свою плотину, лягушки без конца бьются об неё
головой и квакают.

- Вот-вот. Это просто какая-то Стена Квака, - вздохнул Эфраим.

- А когда прилетят утки, это будет Стена Кряка, - предположил Соломон.
Зверюшки молча согласились.

- Слушай, Эфраим, у нас к тебе дело есть, - сказал вдруг Беня, вспомнив про
яблоко. - Мы решили, что раз уж у тебя такое важное задание, то тебе
совершенно необходимы витамины. В особенности те, которые содержатся в
больших спелых яблоках типа этого. Нельзя же весь день жить на одних орехах.
Енот впервые обернулся и оценивающим взглядом осмотрел яблоко.

- Хорошее, - сказал он в итоге. - Орехов двадцать пять стоит. - Бельчонок
при этом расплылся в улыбке. - Вот только орехи у меня все дома, а отойти я
не могу.

- А мы посторожим Рыбу за тебя, - предложил Соломон. - Только объясни, что
делать, если она решит удрать.

- Нет, - рассудил Эфраим. - Я, пожалуй, лучше с ней договорюсь. Он поднялся
на ноги и заорал:

- Эй, Рыба! Слушай меня! У меня через два месяца Бар Мицва и мама хочет
приготовить тебя под шубой! Так что не уплывай! А не то... не то случится
нечто страшное!

Рыба высунулась немного из воды и уставилась на енота своими круглыми
пустыми глазами.

- Поняла? - грозно спросил енот.

Рыба не ответила, что было неудивительно, поскольку она вообще не умела
говорить.

- Молчание - знак согласия! - радостно подытожил Беня, подталкивая Эфраима.
- Айда за орехами!

Ёжик собирался пойти с ними, но тут из чащи послышался голос его мамы, ежихи
Берты.

- Ё-ё-ё-ёжик! Соломо-о-о-н! Обе-е-ед!

- Пойдём со мной? - предложил ёжик другим зверятам. - Сегодня у нас на обед
вкусный латкес из мацы.

- Нет, я не могу, - сказал Беня. - К нам сегодня приезжает в гости тётушка
Гольда и мама готовит форшмак. - Кроме того, я уже пообещал Эфраиму помочь
докатить до дома яблоко.

- А ты? - спросил ёжик лисёнка. - У тебя что на обед?

- Хоменташ, - ответил Рошель. - Но я думаю, никто не обидится, если я
пообедаю у тебя. Если я появлюсь дома, то после обеда меня обязательно
заставят читать букварь. Папа почему-то считает, что если я буду каждый день
после обеда читать букварь, то обязательно стану великим. А я его уже
наизусть знаю: "Ма-ма мы-ла ры-бу. Па-па был у раб-би"...

- Вот и прекрасно! - обрадовался Соломон. - Пока, Эфраим! Пока, Беня! Привет
тётушке Гольде!

Когда ёжик и лисёнок дошли до дома, ежиха Берта с нетерпением ждала их на
пороге. Вымыв лапы, они уселись за стол, где собралась вся ежиная семья:
мама, папа Рафаил и двоюродный дедушка Эммануил, который всё время ворчал.
Дети молча ели мацу, которая была невероятно вкусной, пока взрослые
обсуждали между собой последние новости. Единственное, что нарушало идиллию
- это непрекращающееся пиликание скрипки из угла. В конце концов папа-ёжик
не выдержал:

- Слушай, Берта, скажи Йорику, чтобы он замолк хоть на час! Этот бездарь
делает меня нервным!

- Ты не прав, Рафаэль, - ответила жена, - Сверчок Йорик необычайно одарён.
Он только совершенно не умеет играть на скрипке.

- Тем не менее я не понимаю, почему он должен жить у нас, а не, скажем, у
дяди Эммануэля. Дядя всё равно наполовину глухой.

- Ась? - спросил Эммануил, приставив лапу к уху.

- Но Йорик же занимает совсем мало места, - сказала Берта. - К тому же он
исправно платит квартплату.

- Утром залетал дятел Хаим, - резко сменил тему папа-ёжик. - Напоминал про
сегодняшнюю молитву на Святой Полянке.

- А кто такой дядя Хаим? - решился спросить Соломон.

- Как, ты не помнишь? - удивился папа. - Он у нас однажды ужинал. Дядя Хаим
- праведник. Ты его сразу узнаешь, он всё время ходит в чёрной шапочке.

- Ну не знаю, не знаю, - пробурчала ежиха. - По-моему, он просто стучит на
нас всех. Он и этот его приятель, господин Дроздц.

- Нет, не скажи, - не согласился Рафаил. - Я Хаима давно знаю, ещё с тех
пор, когда у него гешефт на старой берёзе был. Он очень интеллигентный,
только сильно верующий. Жаль, что я сегодня не смогу сходить, слишком много
дел накопилось.

- Хе-хе, - усмехнулся старый Эммануил. - Дела, говоришь? Ты мне эти ежиные
штучки брось. Я как-никак сам ёжик.

- А вот и дела! - обиженно сказал Рафаил. - Сами-то вы тоже, авось, не
пойдёте!

- Ась? - переспросил Эммануил. Папа-ёжик не стал повторять.

- Я тоже, к сожалению, сегодня не могу, - вздохнула ежиха Берта. - Я
обязательно должна вымыть всю посуду. А почему бы Соломону не сходить
одному? Он уже достаточно большой.

- Точно! - радостно сказал Рафаил. - Заодно пусть скажет лосю Натану, что мы
непременно придём в следующий раз.

- А где находится эта Святая Полянка? - спросил Соломон.

- Хахахаха, - раздалось вдруг жужжание над столом. - Глупый маленький ёжик
Соломон! Он не знает, где находится Святая Полянка! Это был надоедливый
шмель по имени Шмуля.

- Очень просто, - объяснила ежиха Берта. - Иди прямо по тропинке, что ведёт
от нашего дома. Дойдя до перекрёстка, сверни направо, а там будет указатель.

- Это недалеко от домика, где живут свинки? - спросил Соломон.

- Нет, нет, это совсем не там! - всполошилась Берта. - Я же тебе запретила
играть со свинками! Они нечистые!

Ёжик вспомнил и кивнул, мысленно согласившись. Свинки и правда беспрерывно
плескались в какой-нибудь грязной луже. Ёжик и сам был непрочь иногда
поплескаться, но он делал это осознанно, в то время, как у свинок пачканье
являлось чуть ли не основной целью в жизни.

- А как же дядя Кабан? - спросил он всё-таки, поскольку этот вопрос давно
его интересовал. - Он тоже нечистый?

- Нет, совсем наоборот, - объяснил папа-ёжик. - Верно, что он не из наших
мест, но он давно прошёл Гиюр и с тех пор стал уважаемым членом нашей
гемайнде.

- Гиюр ктиним, - уточнила ежиха.

- Вот-вот, - сказал папа. - Он тогда был немногим старше тебя, Соломон.

- Что возвращает нас к вопросу о сегодняшней молитве, - подхватила Берта. -
Тебе, Соломон, надо обязательно на ней присутствовать.

- А что я там должен буду делать? - спросил Соломон немного испуганно.

- Хахахаха, - опять зажужжал Шмуля. - Глупый маленький ёжик Соломон не
знает, что нужно делать на Святой Полянке! Хахахаха!

Соломон разозлился и, дождавшись, когда взрослые отвернутся, запустил в
шмеля маленьким кусочком мацы.

- Ах ты поц! - завопил Шмуля и с воплем "караул" вылетел в форточку.

- Да ничего особенного, - улыбнулась Берта и потрепала сына по головке. - Ты
и сам всё поймёшь.

- Мама, а можно я пойду вместе с Рошелем? Он может подвезти меня туда на
спине.

- Нет, сынок, - ласково сказала ежиха Берта. - Ехать туда сегодня нельзя.
Если хочешь, попроси дядю Бобра и он подвезёт тебя туда по воде.

- Не правда ли, Рафаэль, этот лисёнок ужасно мил, - сказала ежиха мужу,
глядя вслед идущим в сторону бобровой плотины ребятишкам. - Я знаю его маму,
Рахиль. Она очень красивая. С виду - просто точь-в-точь моя горжетка.

Бобёр Барух лежал прямо посреди плотины, надвинув на глаза чёрную
широкополую шляпу и дремал.

- Шолом, дядя Барух! - прокричали в один голос ёжик и лисёнок.

- Шолом, дети! - ответил бобёр, очнувшись. - Как ваши дела? Как ваши
родители?

- Спасибо, хорошо, дядя Барух, - ответил Соломон. - А ты не мог бы довезти
нас с Рошелем до Святой Полянки? Там сегодня проводится молитва.

- Извините, не могу, - развёл лапами бобёр. - У меня нынче много работы!

- А мой папа говорит, что в нашем лесу нельзя работать по субботам, -
тихонько заметил Рошель.

- Это потому что твой папа вообще никогда не работает, - пробурчал Барух. -
А мне сегодня ещё надо много всего придумать. Никто не может запретить мне
думать. Я как раз понял, как можно улучшить свою плотину, а потом вы меня
отвлекли и я всё забыл. Пожалуйста, оставьте меня в покое! Бобёр отвернулся,
надвинул на глаза шляпу и тут же захрапел.

- По-моему, ему просто лень, - рассудил Рошель, когда они с ёжиком вернулись
на лесную тропу.

Ёжик только пожал плечами. Он думал о Б-ге. Дедушка Эммануил часто говорил,
что нужно каждый день думать о Б-ге, но у Соломона никогда не хватало
подходящих мыслей. А сейчас он вдруг понял, что по всей видимости, Б-г
появляется на Святой Полянке во время субботней молитвы. Перспектива встречи
с ним и радовала, и пугала его одновременно.

Но только сперва надо было найти Святую Полянку, а дети как раз заблудились.
К счастью, неподалёку стоял Столетний Дуб, на котором круглые сутки сидел
старый филин Моше и читал священные свитки.

- Старый Моше немного странный, - прошептал Соломону лисёнок, когда они
подходили к Дубу. - Папа рассказывал, что было время, когда он всё время
кружил над лесом, выискивая мышей. А потом он вдруг достал букварь, научился
читать и теперь постоянно изучает свои свитки. При этом он настаивает, чтобы
все остальные приносили ему мышей и прочую еду.

- По-моему, это не так уж и плохо, - заметил ёжик.

- Так-то оно так, - согласился Рошель. - Но всё-таки я не понимаю, как можно
годами читать одно и то же. Даже я бы выучил всё наизусть через пару
месяцев. А филин - мудрый, он мог бы и с первого раза всё запомнить.

- Шолом, дядя Моше! - прокричал ёжик Соломон, стоя прямо под веткой, на
которой восседал старый филин. Филин даже не пошевелился, продолжая водить
когтём по свитку, справа налево.

- Шолом, дядя Моше! - прокричали ёжик и лисёнок хором. - Вы нас слышите?!

- Нет, - ответил филин, продолжая читать.

- А мне кажется, что вы нас слышите, - сказал ёжик Соломон.

- Отнюдь нет, - проухал Моше.

- Но если вы отвечаете "нет", значит вы слышали вопрос! - воскликнул ёжик.

- Дети, когда я сижу вот на этом Столетнем Дубу и читаю вот эти Священные
Свитки, я никого и ничего не слышу, - сказал филин, продолжая водить когтем
по строчкам.

Соломон хотел возразить, но не успел, поскольку лисёнок запустил в старого
филина жёлудем. Старый Моше подпрыгнул на ветке, чуть было не уронив на
землю свитки, и раздражённо заухал, поправляя на клюве пенсне. Рошель мигом
скрылся в кустах, оставив ёжика одного.

- Это было крайне невежливо, - сказал филин, устроившись на ветке заново.

- Это не я, - честно сказал ёжик Соломон.

- Это неважно, - буркнул старый Моше. - Главное, что ты отвлек меня от
изучения Священных Свитков. Я теперь пожалуюсь твоим родителям.

- Извините, я просто хотел узнать, как пройти на Святую Полянку, - сказал
ёжик.

- Туда, - указал крылом филин и снова погрузился в чтение.

- А вы не могли бы меня проводить? - спросил Соломон. - Там сегодня будет
молитва, и...

Но филин уже не обращал на него внимания. Вздохнув, ёжик поплёлся в
указанном направлении. Лисёнка Рошеля и след простыл.

Не прошло и десяти минут, как ёжик вышел на полянку. Там ещё никого не было,
лишь у входа стояли большой лось и невысокий бородатый козёл. Козла ёжик
знал, его звали Лазарь, но, вспомнив указания отца, он решил сперва
обратиться к лосю.

- Шолом! - сказал он как можно почтительнее.

- Шолом, - ответил лось. - Ты кто?

- Я - Соломон, - ответил Соломон.

- Вижу, что Соломон, - задумчиво проговорил лось. - Благо не слепой. А ты
кто?

- Я - ёжик, - сказал Соломон.

- Тогда понятно, - промолвил лось. - Много тут вас развелось, ёжиков. Он
замолк, словно что-то обдумывая. Ёжик решил его не перебивать. Через минуту
лось снова посмотрел на него.

- А ты, ёжик, уже купил место на Полянке и дупло для припасов? - спросил он.

- Нет, - испуганно ответил Соломон. - Но... мой папа, наверное, уже это
сделал.

- А кто твой папа? - спросил лось.

- Он - ёжик, - уверенно сказал Соломон. Лось закатил глаза.

- Понятное дело, что ёжик! Зовут-то его как?

- Рафаил, - сказал Соломон. - А мою маму зовут Берта. А двоюродного
дедушку...

- А, знаю, - оборвал его лось. - Скажи своему папе, что он не отдал мне ещё
мешок шишек, который взял у меня в долг месяц назад.

- Хорошо, обязательно передам, - сказал ёжик и решился задать мучавший его
вопрос. - Скажите, дяденька лось, а вы Б-г? Стоящий рядом козёл залился было
хохотом, но тут же сделал вид, что закашлялся.

- Нет, я просто лось, - сказал лось на полном серьёзе. - Можешь называть
меня дядя Натан. А теперь иди на своё место и жди начала молитвы.

Ёжик был рад, что разговор закончился и охотно отошёл в сторонку. Через
минуту к нему незаметно подкрался козёл Лазарь и прошептал на ухо:

- Не обращай внимания, Соломон. Натан всегда такой. Он просто несколько лет
назад пожертвовал больше всех на обустройство нашей Полянки и теперь ждёт,
когда Б-г воздаст ему за его доброту. От этого он немного не в себе. Козёл
снова закашлялся и удалился, теребя бороду. Ёжик же побродил немного по
полянке, надеясь найти место, принадлежащее его отцу. К сожалению, никаких
опознавательных знаков в округе не было и поэтому, обнаружив в центре поляны
пенёк, он, недолго думая, забрался на него и свернулся клубочком.

Через некоторое время ёжик Соломон уже сладко спал, устав от событий этого
долгого дня.

А ещё через некоторое время на него сел рассеянный рабби.