|
Лев Кощеев
О бобрах
Всё возвращается к истокам. Цивилизация
рвется к деревенскому образу жизни.
Дворы и бульвары безнадежно опустели: те, кто
могут, переезжают в загородные коттеджи,
остальные просто по вечерам запираются в
квартирах и имеют огород. Вся жизнь протекает
на семейном, максимум, на местечковом уровне.
Технология теперь это позволяет,
общественные же механизмы вообще работают
нормально лишь в таком раскладе.
Демократии предписана малость, провинциальность.
Её придумали в греческих деревнях,
и хороша она только для деревни, где все знают
всех. Полторы сотни миллионов людей в
принципе не могут выбрать самых достойных, а вот
полторы тысячи - вполне.
Прыщик у ребенка волнует нас больше, чем
авиакатастрофа над Пиренеями.
Если нас что-то интересует в дальнем мире, то,
скорее всего, особенности
брачевания бобров. Во всяком случае, если судить
по тому, сколько времени
современное телевидение посвящает бобрам и
прочей фауне. Животные - они
такие милые, так забавно скачут…
Вообще, наше внимание привлекают лишь те, кто
забавно скачет. Раньше мы искали
признаки опасности или пример для подражания, у
нас были Враги и Кумиры.
Теперь остались одни Кумиры, "звезды", но у
них совсем другая роль.
Илья Муромец, Геракл и Св. Петр были великолепны,
могучи и боролись
за правое дело. Ими восхищались, на них уповали в
трудную минуту.
Отдельная песня, как они получали свои
сверхдоблести - как правило,
за терпение и добродетель. Поэтому по мере сил
подражали и доблестям,
и добродетелям. В сущности, люди выигрывали битвы,
открывали новые
земли и отстаивали светлые идеи не просто так, а
подражая, войдя в образ
героев и святых.
Но нам надоело кем-то восхищаться и кому-то
подражать. Взгляд обывателя
уже направлен как бы не на Олимп, а на сцену. В
поле зрения не герои,
а персонажи. Нужен не защитник земли русской
князь Игорь, а оперный
"Князь Игорь", который красиво поет.
Полководцы и первопроходцы прошлого
сегодня - всего лишь красивые мужчины на картинах.
Они все гордые красавцы,
потому что уродливых и застенчивых героев
благоразумно забыли.
Кумир нашего времени - это шут, умеющий разорвать
пелену обыденности
и скуки. Раньше врагом были захватчики и драконы,
теперь - тишина и
однообразие. Подвиг в наше время - быть веселым и
оригинальным,
нарушать приличия, совершать то, чего обыватель-зритель
позволить
себе не может. Это потруднее будет, чем срубить
голову дракону! На
последней церемонии награждения "Оскарами"
один режиссер от радости
прыгал по спинкам кресел - мало кто из нас решится
на такое!
Добродетель нового времени - быть интересным,
занятным, оригинальным.
А поскольку во все времена порок всегда был и
ярче, и оригинальней, он-то,
как правило, и становится добродетелью. И даже не
сам порок, а бесконечные
разговоры о нём, которые куда занимательней.
Зрелищность искупает всё: убийца Кармен
становится положительным персонажем
- потому что поёт лучше жертвы. А хорошие люди
плохи, с ними запросто сдохнешь
со скуки. Неважно что, лишь бы шумно и ярко. Сама
жизнь выстраивается
в соответствии с этим эстетико-развлекательным
принципом. Ярче и шумнее
всего стрельба и взрывы, поэтому взрывают и
стреляют всё чаще. Террористы и
обаятельные подлецы находят почти нескрываемую
поддержку общественности.
Войны уже начинаются чисто от скуки.
Путь явно тупиковый. И даже не потому, что в жизни,
в отличие от сцены
или экрана, чаще льется кровь, а не клюквенный сок.
Просто по части зрелищности нам за бобрами не
угнаться.
Горькая истина: мы не бобры. Бобры - не мы.
(c) Л. Кощеев, 1996-1999 г.
Все права сохраняются. Авторские права защищены
Федеральным законом РФ
"Об авторских и смежных правах".
Перепечатка только с разрешения автора.
Другие
эссе Льва Кощеева
|
